Отшельник – еретик

2017 г.

Давно ли старцы любовались
Его веселостью живой,
Полупечально улыбались
И говорили меж собой:
«И мы любили хороводы,
Блистали также в нас умы;
Но погоди: приспеют годы,
И будешь то, что ныне мы;
Как нам, о мира гость игривый,
Тебе постынет белый свет;
Теперь играй…» Но старцы живы,
А он увял во цвете лет,
И без него друзья пируют,
Других уж полюбить успев;
Уж редко, редко именуют
Его в беседе юных дев.
Из милых жен, его любивших,
Одна, быть может, слезы льет
И память радостей почивших
Привычной думою зовет…
К чему?..
Над ясными водами
Гробницы мирною семьей
Под наклоненными крестами
Таятся в роще вековой.
Там, на краю большой дороги,
Где липа старая шумит,
Забыв сердечные тревоги,
Наш бедный юноша лежит…

"Революция носила расовый характер. Периферийная местечковая культура внезапно оказалась в центре духовной жизни государства. (286)

Хотя, конечно, и не так уж внезапно. Процесс подготовлялся и раньше, уже шёл, но относительно медленно. Упаковывались кошёлки и чемоданы, ехали из Бердичева и Жидачева в Москву, Питер. Но в столицах было много народа. Гражданская война решила и эту проблему.

С мечтой о столичной жизни осуществилась и мечта о "белой женщине". Если взять творчество Бабеля, то ведь одна из основных тем у него - это тема белой женщины. Ещё в своём одесском детстве, 11-летним мальчиком, он изнывал по жене русского офицера (рассказ "Первая любовь") (303). Она толстая и красивая, в шикарных чулках, с папироской (подглядел), а муж "белый", мародёр и бурбон, вообще ничтожество, "я смеюсь с него".

Более обобщённо эта тема раскрывается в рассказах об одесской мафии. Образ местечкового джигита живописуется следующим образом:

"Вы тигр, вы лев, вы кошка. Вы можете переночевать с русской женщиной и русская женщина останется вами довольна. Вам 25 лет".

Это из рассказа "Как это делалось в Одессе". А вот и конкретизация (рассказ "Отец"). Один главарь приходит к другому сватать свою дочь. Комизм ситуации заключается в том, что предполагаемый жених в это время развлекается в публичном доме с проституткой. Разумеется, русской. Это, так сказать, "высший разбор". А старый бандит, отец невесты, дожидается жениха в прихожей:

"За стеной стонала Катюша и заливалась смехом. Старик продремал два часа, и, может быть больше ... но Катюша, обстоятельная Катюша всё еще накаляла для Бени Крика свой расписной, свой русский и румяный рай. Она стонала за стеной и заливалась смехом..."

Ну а потом старик и Беня говорили о деле и

"гуляли вдоль русского кладбища. Парни тащили тогда девушек за ограды, и поцелуи раздавались на могильных плитах".

Тема "поцелуев на могильных плитах" нашла свое развитие в послереволюционной тематике бабелевских произведений. В пьесе "Мария" развратная дочь царского генерала хочет женить на себе еврейского комиссара-коммерсанта:

"Людмила: Ах, Катюша, лучше быть евреем, чем кокаинистом, как наши мужчины... Один, смотришь, кокаинист, другой дал себя расстрелять, третий в извозчики пошёл, стоит у "Европейской", седоков поджидает... В наше время еврей вернее всего."

Далее благородный еврей даёт Людмиле звонкую пощечину и т.д. Это чуйствительная история про лыцарей, но уже на еврейский манер и скорее напоминающая не мещанские романсы, а рОманы блатарей, травимые на воровском жаргоне еврейской мафии среди восторженных фраеров и малолеток. Характерное смещение жанра, свойственное переходу на совершенно иную социальную ступень.

До революции всё больше неразделённая любовь, "страдания":

Никогда я тебя не увижу,
Никогда не увижу тебя:
Пузырёк нашатырного спирта
В пиджаке припасён у меня.
Пузырёк нашатырного спирта
В пересохшее горло волью:
Содрогаясь, паду на панели -
Не увижу голубку мою!

Или Розанов вспоминал, паясничая:

"Раз я на пароходе слышал (и плакал): "Купи на 15 коп. уксусной кислоты - я выпью и умру. Потому что он изменил мне". Пела жидовка лет 14-ти, и 12-летний брат её играл на скрипке. И жидовка была серьёзна. О, серьёзна. Я (в душе) плакал".

А после революции это уже шекспировские страсти какие-то. "Мария", "Еврейский камерный театр". Какая потеря, что не засняли в своё время игру Михоэлса, ну хотя бы в "Короле Лире". Я очень люблю такие чудовищные сочетания. В них суть раскрывается.

Тоска прошла. Сам Бабель, служа в ЧК, а потом в конармии Будённого, с лихвой утолил мечты голодной молодости (321), имея русских женщин всех видов, возрастов и, главное, сословий (хотелось чего-то возвышенного). Это ведь суть его. Бабель порнограф, причем порнограф вдохновенный. Тут естественная еврейская тяга к грубой эротике. Куприн в "Яме" по заказу писал и по-русски чопорно, нудно, нравоучительно. Это доведённая до бездарной пародии тема русского секса, тема русских проституток, передовых и осознавших себя (325), чуть ли не с партийным билетом в чулке или бюстгальтере.

Возьмите рассказ Мопассана "Порт" и его толстовский перевод. Мопассан писал:

"Порой в глубине прихожей внезапно распахивалась вторая дверь с коричневой кожаной обивкой, и оттуда выглядывала толстая полураздетая девица, чьи жирные ляжки и крупные икры рельефно вырисовывались под дешёвым хлопчатобумажным трико. Короткая юбочка смахивала скорее на пояс бантом; дряблая грудь, плечи и руки розовым пятном выпирали из чёрного бархатного лифа, отделанного золотою тесьмой".

Это современный, адекватный перевод. Конечно, "жирные ляжки" лучше бы заменить на толстые, раз они "рельефно вырисовывались", тут нужно не мягкое, а тугое слово (соответственно "толстая девица" заменить на "пышная", что ли). Потом не совсем ясна "ВЫПИРАЮЩАЯ ДРЯБЛАЯ грудь". Но это, конечно, мелочи, придирки.

А вот как этот отрывок переведен у Толстого:

"Иной раз в глубине сеней нечаянно распахивалась дверь. Из неё показывалась полураздетая девка в грубых бумажных обтянутых штанах, короткой юбке и в бархатном чёрном нагруднике с позолоченными позументами."

Согласен, "обтянутые штаны" куда лучше абстрактного заграничного "трико". Но где же всё остальное? От былого великолепия остались одни "позументы" (ударило в глаза, не хватило сил отказаться - тема "ордена". (536) Позументы! Позолоченные!!). Толстой, как известно, и саму фабулу рассказа изменил, сделал ее максимально "пристойной": у Мопассана матрос узнаёт в проститутке свою сестру "после", а у Толстого "до", то есть акт кровосмешения не совершён. Русский "реализм". Не то что писать о таких вещах, ПЕРЕВЕСТИ не могут. И раз не нравится, не тянет, так чего же браться за такие темы? Ведь все исчезло, в схему абстрактную превратилось. Чего же глубоким стариком писать "Воскресение"? Опять русская несообразность, совмещение несовместимого. Толстой с его наморщенным лобиком посреди борделя стоит в застегнутой на все пуговицы толстовке-сталинке и чавой-то бубнит. А ему какая-то в лопающихся на заду "бумажных штанах" хохочет: "Паш-шёл, дурак старый!.."

А у Бабеля:

"Она пошла к начдиву, неся грудь на высоких башмаках, грудь, шевелившуюся, как животное в мешке".

Это эротично, это видишь. Вот кому бы Мопассана переводить. Он и переводил. И вообще начал писать не на русском, а на французском языке." (с) Бесконечный тупик

2016 г.

Немного субъективщины.
По-моему, лучше всех других меня отражает моя недавняя фотография в оранжевой майке (где я побрит).
Я - очень тяжёлый человек. Тяжеловесный. Одним словом - отшельник. Из ста пытавшихся увидят суть где-то двое. Остальные - надорвутся.

Согласитесь, когда принимаешь свои внутренние дилеммы - отступает нависшая тучей стая мыслей-птеродактилей, ухищряющихся оторвать кусок от психики. Приходит понимание : "да, я сложный". Да, я тяжёлый.

От этого хорошо. С собой не соскучишься.

Добавлю в конце кое-что для исследователей. Вам встречалось и будет встречаться очень много красивых и талантливых, но глупых людей. Возможно вы захотите что-то взять у них, посчитав что сможете воспользоваться этим лучше. Скорее всего, вы наткнетесь на протест "я не учитель". Дело вот в чём : в паре достаточно ОДНОГО умного человека. "Учитель и ученик" - это сказка, палата мер и весов. Если вам хватило упорства распознать талант, то вам не нужно его "учительство" что бы научиться. Хватит изучения повадок и создания базы приманок. А дальше - дело техники. Отшельники - очень тяжёлые , но очень примитивные. Потому что красота должна быть простая в сердцевине.

Люблю вас

Фенотипы - это что-то!

Вы же знаете как я помешан на всём, что рассказывает мне обо мне (особенно то, что я хочу знать).
Мои корни - Урал, Литва, Липецкая об.
И я обнаружил вот что.
Как и у большинства русских у меня европейское лицо с монголоидной примесью. Мне кажется, что примесь - лоб и глаза. Так вот, мне кажется что моя нижняя часть лица (от носа включительно) больше всего походит на вид "восточный балтид", а верхняя (глаза и лоб) - "уралид".

Женские фенотипы легко гуглятся.

Про канал 64-47 от носителя :

"Был период в жизни, когда я наконец заметил, что мои слова, раз произнесённые, принимаются на веру, – совершенно некритически, – хотя это, как правило, "мысли вслух", слегка утрированные и тем самым "от противного" подчёркивающие свою ограниченность. Принятие кем-либо моих "мнений" мне так же чуждо, как и их оспаривание.
Положим, я в пьяной компании "сострил": "А хорошо бы делать мужские шляпы из меха". Ну, все посмеялись и забыли. И вот один чудак через месяц приходит ко мне в такой шляпе. Я пошутил, а он сшил. Тут даже неважно, всерьёз он это или решил поддержать шутку. Важно, что человек сидел вечерами, колол себе пальцы и всё время напряжённо думал о том, что вроде бы бесследно рассеялось в пространстве. А вот не рассеялось. Человек "запомнил". Это русская черта – вера". Народ скептический, недоверчивый, но зато в самой вере – безоглядный. Безоглядный до смешного, до страшного.

Я стал испытывать чувство тревоги и ответственности за свои слова.

Извне и притом агрессивно навязывают роль пророка, учителя. А ведь чем больше знаешь, тем неуверенней в окончательных выводах, тем глубже видна их относительность, ограниченность. Но и тем глубже понимание, что в реальности могут существовать лишь определённые, конкретные идеи. И чувствуешь их необходимость. И уже сознательно врёшь, ибо истину могут понять только в виде лжи. Лжи окончательных ответов.

Но интуитивно, изнутри, всё что я пишу – это тонкая полупрозрачная акварель, а не гуашь, тушь, масло. Это всё мнение, "мне так приснилось". И моё глубокое убеждение, что на такие темы, – предельно общие и предельно интимные – и нельзя писать иначе. Нельзя договаривать. Всё-таки лист бумаги должен оставаться преимущественно белым.

Характерно, что человек проникается моими проблемами независимо от моей воли и выполняет то, о чём я его никогда не просил. С недоумением я потом убеждался, что все мои фразы, обращённые к имяреку, содержали в себе внутренний изъян, изъян интуитивной и крайне косвенной, но очень упорной и методичной подводки под мою проблему. Я как бы впрыскивал, инъецировал ему часть своего мира. Она отравляла его, и он с идиотическим послушанием загипнотизированной истерички выполнял мои невысказанные и даже непродуманные очень смутные фантазии. Ужас власти над людьми. Причём власти в её максимально рафинированной форме – форме совершенно незаметной, не чувствуемой окружающими. Власти проявления магии слов. Я в конечном счёте сам тут являюсь наиболее законченной, абсолютной жертвой своего дара, данного мне неизвестно по какому праву неведомо кем."

Еретики - очень скучные люди, так как их поставило эволюционным процессом на конвейер кризисных ситуаций.
Всё время кому-то что-то будет надо, и это не место для постоянных людей и связей.
Ролевые модели в этом плане - привлекательнее и честнее. Не по своей воле, конечно.

Кто нибудь ещё в своё время любил этот сит-ком?))

Запомните, любое государство, самое демократичное, это НЕЛЮДЬ. Нет такого человека "Франция", "Россия", "Иран". Это виртуальний биокибернетический организм, по уровню сознания примерно равный начитанному подростку, и, как часто бывает у подростков, отличающийся крайней безжалостностью. (c)
https://galkovsky.livejournal.com/29476.html

Дайте угомон кентавру.

Такое чувство что я могу субъективно поделить весь мир на два типа людей : никчёмные (недостойные) и подлые (отвергающие).

Заброс га#на на вентелятор по запросу!))

"«Высшая и конечная цель Пушкина – блестеть, и именно поэзией; но едва ли найдет она у него прочное основание, потому что он боится всякого серьезного учения, и его ум, не имея ни проницательности, ни глубины, совершенно поверхностный, французский ум. Это еще самое лучшее, что можно сказать о Пушкине. Его сердце холодно и пусто: в нем нет ни любви, ни религии; может быть, оно так пусто, как никогда еще не бывало юношеское сердце. Нежные и юношеские чувствования унижены в нем воображением, оскверненным всеми эротическими произведениями французской литературы, которые он при поступлении в лицей знал почти наизусть, как достойное приобретение первоначального воспитания».

Пушкин дал бы следующую характеристику Энгельгардту:

«Высшая и конечная цель Энгельгардта – устроение материального благополучия своей семьи путём образцовой службы в казенном заведении. Обладая однобоким и неподвижным умом немецкого педанта, он стремится вести задушевные беседы со своими воспитанниками, не принимая в расчёт того, что они взрослеют, а кроме того сильно отличаются между собой по степени развития. Что годится для одного, у другого вызывает усмешку. Нельзя вести высоконравственные беседы, и одновременно шарить по личным вещам, подслушивать разговоры и вскрывать личную переписку. Что позволительно тупоголовому немцу, не должно быть основанием деятельности серьёзного воспитателя».

Но французский ум Пушкина в условиях «институтского» ограничения информации был беспомощным и делал логически правильные умозаключения на основании фрагментов реальности, произвольно вырванных из контекста жизни. Не говоря о том, что умозаключений часто и не было. Были риторические фигуры, взятые «на вырост» из другой культуры.

Прилежная институтка должна играть на клавикордах и вышивать крестиком. А что должен делать прилежный «институт»? Очевидно, пить, играть в карты, ходить по борделям, стрелять из пистолета и фехтовать. Всё это молодой Пушкин делал с большим усердием, избрав в учителя гусар, казармы которых находились поблизости от лицея.

В общем, в подобном поведении была своя логика, только в этой логике зияли пробелы. Для Пушкина гусары были эпическими персонажами, быть гусаром было круто и весело. Вероятно это была правда. Но не вся правда.

Пушкин был совершенное дитя, гусары стали водить его по публичным домам, где проституток он воспринимал как взрослых женщин, которые ему достались за деньги. С тетенькой можно было делать что угодно. Сказать встань на стол – она встанет. Сказать залезь под стол – она залезет. Это было очень забавно. Проститутки отвечали на его вопросы, этими вопросами он доводил их до слёз. Просил рассказать хистори, потом уговаривал бросить бордель, давал на это деньги (спьяну). Протрезвев, всё забывал."

https://galkovsky.livejournal.com/261986.html
Тем кто случайно пропустил. Лично я так до сих пор и не пришёл Самостоятельно к А.С.
Лишь багаж образования, что ни в коем разе не может являться базисом для взрослых суждений. Поэтому, я с чистым сердцем пользуюсь приведенной литературоведческой работой, современной и интересной.

Будь я сейчас школьникам, показал бы педагогам это и сказал что начну посещать уроки когда они выучат хотя бы 10 главных компьютерных игр современности (или по 2, но в каждом жанре).

Из двух ссорящихся всегда виноват тот, кто умнее. (C)